771873

Идем под откос: как мы превращаемся в Россию

Опубліковано: Лютий 17, 2017


Наша власть тоже мечтает получить народ, жрущий “Боярышник” и смотрящий по ящику тупые сериалы.

Аркадий Бабченко написал текст, который меня как-то по-особенному задел. Он пишет о современной России, в которой инакомыслие – давно преступление. За это сажают и третируют морально.

Пока речь идет о незнакомых людях, то и не болят особенно их проблемы. Чего уж там, сами виноваты. Это плата за молчаливое согласие. Вот только уничтожают не тех, кто молчит, а тех, кто вопит о превращении России в новый ГУЛАГ.

Аркадий вспомнил хорошо мне знакомого человека, историка, руководителя Петрозаводского “Мемориала” Юру Дмитриева, которого обвинили в педофилии и арестовали. Мы с Юрой познакомились еще в 2003 году на Соловках, много часов провели в беседах. Он тогда рассказал мне об одном страшном месте на Беломор-Балтийском канале. Это район 7 шлюза. Там, где-то в болотах, был санлагерь строителей ББК. Он искал это место много лет и нашел. Поехать туда с нами не мог, был занят неотложными делами в Петрозаводске, а мы с оператором Витей Ярошенко рискнули.

Всю эпопею наших приключений описывать не буду. Юру в тех краях очень хорошо знают и уважают. Человек, который нас вел вглубь карельских болот, так и сказал: “Вы первые, кому Дмитриев позволил увидеть и снять это место. Если бы не его звонок – я бы с вами даже говорить не стал”.

Мы шли километров семь. То, что я увидел, до сих пор вызывает у меня мурашки по телу. В болотах небольшое возвышение, площадью где-то два-три гектара, и вся земля усыпана человеческими останками. Словно хворостом. Четко были видны контуры ям – братских могил. Это было самое ужасное место, которое пришлось видеть в жизни. Волосы дыбом стояли от физического ужаса, берущего за горло. Мы все отсняли.

Спустя несколько дней опять увиделись с Юрой на Большом Соловецком острове. Меня мучило только два вопроса: сколько в санлагере похоронено людей и почему на том месте нет ничего, кроме креста, который Юра притащил на своем горбу? Дмитриев, прикуривая дрожащей рукой новую сигарету, почти шепотом сказал: “Там тысяч 80 лежит. 80 тысяч исчезнувших навсегда. 80 тысяч безымянных строителей ББК. 80 тысяч душ, висящих на убогих болотных соснах, взывающих об одном –памяти. А не говорят о них потому, что это никому не нужно, кроме парочки исследователей и сотрудников мемориала “Сандормох”. Всем просто плевать”.

Мы еще долго сидели на остывавших камнях и говорили об этих дивных местах. Как все переплелось. Соловецкий монастырь, его святыни-скиты, и тюремное царство СЛОН, и строительство канала. Когда прощались, Юра мне сказал, что боится, как бы в его страну снова не вернулась власть вертухаев. Как в воду глядел.

Она вернулась и теперь избавляется от таких, как Дмитриев, как Аркадий Бабченко. Но самое страшное то, что я вижу, как и наша власть перебирает методы оболванивания масс, апробированные в России. Как наша власть просто мечтает заиметь народ, жрущий “Боярышник” и смотрящий по ящику тупые сериалы.

Наша власть, наши политические элиты ничем не лучше российской. Такая же жадная, наглая, циничная. Власть строит систему, которая обеспечит ей успешную реинкарнацию. Власть выдает процессы, называемые реформами, за сами реформы. Власть заключает договора с олигархами, торгует с бандитами ОРДЛО и оккупантами, а нам говорит о ценностях Майдана и вере в европейское будущее.

У нас за инакомыслие пока не сажают, но рот затыкать научились хорошо. Нас тихой сапой вынуждают молчать в тряпочку и советуют “по-хорошему” заткнуться. Кому пистолет подарят на праздник, кому телефон поставят на прослушку, кому “хвост прицепят”, кому просто подышат в трубку или напомнят, где живешь.

Мы, ругая Россию, сами потихоньку ею становимся. Те, кто этого не видят – или глупцы, или притворяются. Но когда в один прекрасный момент придет осознание происходящего, все будут сидеть под одним замком. Не знаю, может, у лучезарных оптимистов найдутся другие аргументы. Не хотелось бы, чтобы это были аргументы наших хунвейбинов.

Источник: 24tv.ua

Залишити коментар

Рекомендуємо